Сказка про старого пирата

В небольшом грязном домишке возле порта жил старый пират. Жил легко, ни о чём не задумываясь. Всегда имел в подвале бочонок рома про запас. И так, не спеша, осторожно ступая на трухлявую деревянную ногу, каждый день ходил он в кабак по соседству, где, порядком напившись, или горланил песни или, надувая щёки и вращая блестящими глазами, рассказывал первому встречному о своей нелёгкой удалой молодости.

Однажды вечером, проспавшись после очередной попойки, пират сунул руку в карман своих шароваров и не обнаружил там ни одной весёлой монетки. Он сердито крякнул, встал почёсываясь и бессмысленно шлёпая пересохшими губами направился прямиком в подвал. Пират потянул за большое кольцо, обозначающее крышку, закрывающую вход в недра, и в лицо ему ударил привычный резкий аромат рома и крысиной мочи. Спустившись вниз, бывший приватир Её Величества первым делом припал к крану на бочонке с ромом. Сделав несколько внушительных глотков, пират довольно крякнул, зарычал, тряся головой, и проревел «Акула мне в глотку!». После этого, заметно повеселевший пират огляделся по сторонам, ища ориентиры и сделал ровно три небольших шага на северо-северо-запад от бочки, упал на колени и начал быстро рыть земляной пол своего подвала. Спустя 5 минут, потея и отдуваясь он вытащил из земли небольшой сундучок, содержавший в себе пенсионные награбления нашего престарелого героя. Открыв сундук, бедняга убедился, что благополучно пропил всю свою счастливую старость.

Стало тогда пирату скверно на душе. Хлебнул он ещё рому из бочки и стал раздумывать — где бы денег взять? И не придумал он ничего лучше, чем снова в пираты пойти. Вылез он из подвала, снял со стены мушкет, наточил саблю, да и пошёл в порт — проситься на какой-нибудь корабль. Сегодня в порту стоял всего один корабль. Пирата выслушали… да прогнали взашей, — нечего тебе, пьянице старому, в море делать, — сказали. Вернулся пират домой, а дома и есть-то и нечего. Пришлось пирату продать мушкет. На следующий день пришёл другой корабль, но и с него старика вытолкали, да ещё и пинками, — пошёл вон, пьянчуга! Такому пропойце, как ты, путь в море заказан. Как ни грустно было пирату, пришлось ему продать и верную саблю, чтобы с голода не помереть. На третий день снова пошёл он в порт. Видит, стоит у причала весь побитый, паруса — латаные-перелатаные, бриг. «Вот, думает пират, на таком утлом судёнышке даже мне не откажут. Попытаю удачи в последний раз!».

Смело взошёл он на борт, да был и в этот раз бит палками ещё пуще прежнего. Бриг этот, как оказалось, принадлежал знаменитому пирату и лихому налётчику Джону Уорду. А тот брал в команду лишь молодых и сильных парней, которые в пять минут смогли бы обчистить целый галлеон. Расстроился наш пират, да и решил, что нечего ему больше делать на этом свете. Нашёл дома верёвку покрепче, закинул её на плечо и пошёл прочь из города. «Как только надоест мне идти, так на первом попавшемся дереве и повешусь», — думает. И так тяжко он задумался, что не заметил едущей навстречу почтовой повозки. Как повозка поравнялась с пиратом, кричит ему возница,

— Здорово, старина! Не из города ли ты идёшь?

— Откуда ж ещё, — бурчит пират.

— А не знаешь ли ты какого захудалого моряка, чтоб мог небольшим судном править? — продолжает почтальон.

— Ну может и знаю, — снова бурчит пират, — тебе-то что за дело?

— Да вот прибывает завтра сюда наш почтовый корабль, а капитан — каракатица старая — возьми да и помри прямо на море. Уж такой старый был, что треска вяленая, — засмеялся возница. А пират наш внезапно оживился: «Если уж такой сморчок сушёный с почтовой лодкой справлялся, пока за штурвалом не околел, — думает, — то я и подавно смогу.»

— А полагается ли новому капитану жалование и паёк? — спрашивает он у возницы.

— А то как же! У нас всё серьёзно. Ты ежели сам хочешь попробовать, так прыгай ко мне на облучок, довезу тебя до канцелярии.

С тех пор пират наш сделался капитаном почтового судёнышка. И рад был этому несказанно!

P.S. А вместо трухлявой деревянной ноги поставил он себе новую.

Поделиться: